ФКСМ ФКСМ

Николай Петрович Старостин - Футбол сквозь годы (стр. 1)

Стр. 1 из 76

Николай Старостин
"ФУТБОЛ СКВОЗЬ ГОДЫ"


ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ
Почему я взялся за эту книгу?
Чтобы ответить на данный вопрос, наверное, надо прожить мою жизнь.
Поначалу была мысль написать другую: об организации футбольного дела, о «звездах» и болельщиках, о становлении игроков и тренеров... Словом, о том, как делается футбол.
Конечно, перечисленные темы, в меру понимания автора, найдут отражение на последующих страницах. Однако в процессе работы над ними я понял: рассказать лишь об этом могут и другие. Лучше или хуже - не суть. У меня же время осталось только на главное.
История у всех нас одна. Времена разные. Нынешнее время требует искренности. Требует вспомнить о том, что по тем или иным причинам до сих пор неизвестно широкой аудитории. О событиях, свидетелем и участником которых довелось быть и о которых, кроме меня, теперь уже вряд ли есть кому рассказать.
Мой стаж игры и работы в спорте исчисляется с 1918 года. Перед глазами прошла вся история советского футбола. И раньше понимал, а теперь с высоты прожитых лет особенно четко вижу: процессы развития игры происходили и происходят в постоянной взаимосвязи с процессами развития общества, со временем, в котором мы существуем.
Эта книга - попытка взглянуть на футбол сквозь годы, прожитые вместе со страной, о вместившихся в них судьбах, ставших частью нашей футбольной истории.
С детских лет, с самых первых ударов по мячу я смотрел на футбол как на праздник. Но жизнь распорядилась так, что мне довелось познать многогранность и всесильность футбола, его необъятную власть над людьми, способность противостоять злу в обстоятельствах, когда он оказывался для людей не столько любимой игрой, сколько гарантией существования, средством и способом выживания в нечеловеческих условиях.
Не хочу представляться мучеником. В самый драматический «северный» период своей жизни по сравнению со многими я находился в относительно льготных условиях - принадлежность к футболу служила лучшей охранной грамотой.
Не хочу «задним умом» делать из себя провидца, проецируя сегодня то, что известно, на выводы и размышления при анализе и оценках давно минувших событий. Полвека назад многое виделось в ином свете. То, что сейчас кажется дикостью, подчас было жизненной необходимостью, непременной потребностью. То, чем мы гордились, сейчас порой вызывает раздражение. Что ж, не исключаю: оно может быть справедливым. Другая эпоха - другие критерии.
Надеюсь, читатели извинят меня за то, что довольно много места уделено скромной персоне автора. Сделано так с одним лишь желанием - еще раз пропустить все пережитое, выстраданное и испытанное через себя. Ибо убежден: только тогда повествование имеет право на достоверность.
Футбол правдив, и книга о нем должна быть правдой.
У каждого, наверное, есть свой неоплатный долг перед людьми и собственной совестью.
Для меня он - эта книга.


ИСТОКИ
Немало лет и мне, и тем событиям, которые я вспоминаю. С годами многое забывается, уходит даже что-то серьезное, важное... Но все, что связано с началом пути, до сих пор живо в памяти.
И сейчас, спустя - страшно вывести на бумаге - 80 лет, я порой сквозь шум трибун и стук мяча различаю чистый голос юности. И понимаю: это знак судьбы, зовущей к своим корням, к своим истокам...
Иногда я пытаюсь разобраться, как стало возможным, что футбол завладел мною безраздельно. Может показаться странным, но решающее значение имели наследственность, как теперь говорят - гены, и семейное окружение. Я и мои три брата вырастали под влиянием отца, Петра Ивановича, и дяди, Дмитрия Ивановича, потомственных егерей. Они были людьми в своей профессии видными, в любой охоте знали толк. Про человека, который пытался выдать себя за заправского охотника, не имея на то оснований, они отзывались коротко, как отрубали: «Он нашему делу - баран». Я на всю жизнь запомнил это выражение, оно часто приходило мне на ум при встречах с людьми, корчившими из себя знатоков футбола и тщившихся на него влиять.
Род наш, что и говорить, своеобразен. Бабушка, Надежда Терентьевна Старостина, - православная, а дед и вся родня по линии отца - старообрядцы. Они не знали вкуса вина, не курили, самым страшным ругательством считалось выражение «нечистая сила», которое, кстати, и сейчас в ходу у игроков «Спартака».
Дед, Иван Петрович Старостин, уроженец Псковской губернии, бородатый старообрядец, могучего, судя по фотографиям, сложения, умер еще до моего рождения. На его родине я никогда не был.
Мой второй дед - по линии матери, Степан Васильевич Сахаров - ямщик, возивший на почтовых тройках пассажиров из Переславля-Залесского в Ростов Ярославский. Деда Степа - так звали его многочисленные внуки и внучки, общим числом что-то около 30-ти. Любили мы его за веселый нрав и доброту. Высокий и толстый, он с гордостью восседал на тарантасе, когда вез нас по воскресеньям в церковь, которая находилась в трех верстах от Погоста. А после этого угощал горохом, репой, ягодами и яблоками из садов своих пяти дочерей. Сам хозяйство не вел: этим занимались его два сына - Василий и Алексей со своими женами. Зато мать матери - Любовь Егоровна, баба Люба, сухощавая и высокая, 60-летняя женщина - работала около печки с утра до вечера вместе с младшей дочкой тетей Грушей, ходившей тогда еще в девках.
Мать - Александра Степановна - среди пятерых детей была третья. Вышла замуж за отца, когда ей было 18 лет, отец был старше ее на 9 лет. Ни в какие дрязги, мелочи она, как правило, не вмешивалась, будучи по-настоящему мудрой женщиной.
На родину матери - в деревню Погост, что в бывшей Владимирской губернии, под Загорском,
«« Назад Стр. 1 из 76 Вперёд »»
Спартак Фанат
© spartakfanat.ru
0.0172 с. Полная версия